Контакты:

Ср. Июл 17th, 2024

1.1. Авторское право

Постановление Девятого ААС от 8 апреля 2024 г. N 09АП-642/24

Рассматривая дело о защите исключительных прав на видеоролик, суд указал, что Deep-fake — технология, основанная на использовании генеративно-состязательных нейросетей (GAN), которые позволяют частично преобразовывать исходный видеоряд с помощью алгоритмов, созданных человеком. Такое преобразование не исключает тот факт, что исходный видеоряд создан творческим трудом авторов. Суд отклонил довод ответчика о том, что видеоряд полностью сгенерирован нейросетью, а также о том, что созданный видеоролик не является объектом авторского права по причине использования технологии Deep-fake, поскольку технология Deep-fake — это дополнительный инструмент обработки (технического монтажа) видеоматериалов, а не способ их создания. Поэтому суд удовлетворил иск о защите исключительных прав.

Постановление Тринадцатого ААС от 6 февраля 2024 г. N 13АП-37912/23

Рассматривая спор о защите исключительных прав на изображение, суд отклонил как необоснованный довод ответчика о том, что спорное изображение сгенерировано через нейросеть (искусственный интеллект), в связи с чем не может быть признано объектом авторского права. В качестве доказательств авторства спорного изображения суд принял представленный истцом скриншот, в котором произведение открыто в 3D-формате, который имеется только у автора изображения, как обладателя исходного файла 3D-модели с расширением BLEND. Суд заключил, что только истец, как автор произведения, обладающий исходным файлом 3D-модели изображения, имел возможность преобразовать файл BLEND в такой формат изображения, как JPG с большим разрешением, что подтверждается представленной суду видеозаписью осмотра файла с изображением, на которой зафиксировано, что в свойствах изображения в разделе «подробнее» указаны в том числе фамилия и имя автора, разрешение изображения 7500 x 6000 пикселей. Суд указал, что в п. 109 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 N 10 разъяснено, что при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с п. 1 ст. 1300 ГК РФ (ст. 1257 ГК РФ).

1.2. Патентное право

Постановление президиума СИП от 31 июля 2023 г. N С01-1184/2023

Гражданин обратился в суд с заявлением о признании недействительным решения Роспатента об отказе в выдаче патента на изобретение «Способ библиографического поиска и поиска профильного издания». Роспатент пришел к выводу об отсутствии в описании заявки данных экспериментов, испытаний, на основании которых можно заключить, что заявленное решение, охарактеризованное в представленной формуле изобретения, обеспечивает достижение заявленного технического результата; о том, что представленное описание не содержит в себе сведений, раскрывающих возможность достижения заявленного технического результата, и на этом основании отказал в выдаче патента. Заявитель, оспаривая довод Роспатента об отсутствии в тексте заявки на изобретение раскрытия методов, средств и алгоритмов лингвистического анализа текстов научных произведений интеллектуальной системой и их адаптации к задачам изобретения, указал, что они являются общеизвестными, общедоступными и известны до даты приоритета изобретения. Согласно формуле изобретения происходит предварительное создание нормализованной базы ключевых слов в соответствии с различными отраслями и направлениями знаний и присваивание этих ключевых слов произведениям науки авторами или выбор их и присваивание произведениям науки с помощью лингвистического анализа текстов научных произведений интеллектуальной системой. Заявитель привел научную литературу, в которой представлены алгоритмы лингвистического анализа текстов интеллектуальной системой. Судом были направлены запросы в ФИЦ ИУ РАН и ФГБУ «РГБ» в целях получения разъяснений и консультаций. В результате рассмотрения дела суд пришел к выводу об отсутствии в материалах первоначальной заявки необходимых указаний на то, что собой представляет интеллектуальная система, осуществляющая выбор ключевых слов и присваивание их произведениям науки или изданиям на основании лингвистического анализа текста. В указанных материалах не содержатся конкретные сведения о технической реализации такой системы и алгоритма ее работы; отсутствуют основания считать, что обеспечить достижение того результата, который обоснованно признан техническим, позволяют все указанные заявителем или известные из уровня техники интеллектуальные системы. Поэтому суд отказал в удовлетворении заявления.

1.3. Права на секрет производства (ноу-хау)

Постановление Одиннадцатого ААС от 12 декабря 2023 г. N 11АП-16321/23

Лицензиат обратился с иском о расторжении лицензионного договора, по условиям которого лицензиату передаются права на ноу-хау (секрет производства), в состав которого входит в том числе аналитика, основанная на искусственном интеллекте и нейросетях (двухуровневая сеть прямого распространения, обученная с помощью алгоритма Levenberg-Marquardt). Истец в том числе ссылался на то, что состав секрета не отвечает признакам, установленным для ноу-хау, в него не входят сведения, представляющие потенциальную коммерческую ценность. Суд указал, что истец не представил доказательства того, что сведения и документы, входящие в состав передаваемого секрета производства, не имеют коммерческой ценности. В иске было отказано.

1.4. Права на товарные знаки

Решение АС Пензенской области от 6 октября 2023 г. по делу N А49-612/2022

Индивидуальный предприниматель обратился в суд с иском о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака. Правообладателю стало известно, что в сети «Интернет» на сайте поисковой системы «Яндекс» были размещены рекламные объявления с ключевым словом, воспроизводящим товарный знак Правообладателя. Рекламное объявление содержало в себе ссылку на сайт другого производителя товаров, к которому правообладатель никакого отношения не имеет. Ответчик указал, что формирование динамического объявления могла осуществить только система искусственного интеллекта ООО «Яндекс», исходя из аутентичных текстов рекламных кампаний, созданных ответчиком за трехлетний период, ни один из ответчиков такого текста объявления не формировал, поскольку не имел цели использования товарного знака истца. Суд пришел к выводу, что исходя из принципов действия поисковой системы «Яндекс» и сервиса «Яндекс.Директ», ключевые слова могут быть «заданы» для поиска как рекламодателем, так и автоматически добавлены (подобраны) к фразам объявления рекламодателя в качестве релевантных фраз; при этом и в первом, и во втором случае рекламное объявление будет показано на страницах результатов поиска Яндекса и поисковых площадках рекламной сети. Само по себе использование ключевых слов, совпадающих с товарными знаками хозяйствующих субъектов-конкурентов, при оформлении контекстной рекламы без их согласия не может рассматриваться как использование средств индивидуализации, способных вызвать смешение с деятельностью хозяйствующих субъектов-конкурентов либо с товарами или услугами, вводимыми хозяйствующими субъектами-конкурентами в гражданский оборот на территории РФ. Поэтому возможное указание ответчиками товарного знака или сходного с ним обозначения с целями, отличными от цели индивидуализации товаров, работ или услуг, при отсутствии вероятности смешения различных товаров и производителей, не является использованием товарного знака в понимании ст. 1484 ГК РФ. Следовательно, такое использование обозначения не является нарушением прав на товарный знак. Суд отказал в иске.

См. также:Постановление Суда по интеллектуальным правам от 25 апреля 2019 г. N С01-310/2019

Постановление Девятого ААС от 25 февраля 2020 г. N 09АП-1136/20

Рассматривая иск о защите исключительных прав на товарный знак, суд пришел к выводу о том, что отсутствуют доказательства, что словосочетание, воспроизводящее товарный знак, добавляется поисковой системой автоматически. В том числе была принята во внимание позиция третьего лица, в соответствии с которой добавление ключевых слов к рекламному объявлению не является автоматическим, а произошло в результате осознанного выбора ответчиком определенной формы создания рекламного объявления («шаблон для создания однотипных рекламных объявлений»), включения в текст рекламного объявления специальных символов и использования специального шрифта. Суд удовлетворил иск о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак.

2.1. Ответственность за нарушение обязательств

Решение АС Московской области от 6 сентября 2023 г. по делу N А41-43556/2023

При рассмотрении иска индивидуального предпринимателя к маркетплейсу о признании незаконным штрафа, начисленного по агентскому договору, и взыскании неправомерно удержанного штрафа, было отмечено, что при добросовестном поведении маркетплейс должен был в том числе проводить проверки и накладывать штрафы не при помощи искусственного интеллекта, а в «ручном режиме», индивидуально рассматривая каждый случай.

2.2. Законодательство о защите прав потребителей

2.2.1. Применение законодательства о защите прав потребителей к отдельным договорам

Решение Московского районного суда г. Санкт-Петербурга от 11 марта 2019 г. по делу N 2-381/2019

Гражданка обратилась с иском к организации о расторжении договора купли-продажи видеокарт. Суд с помощью свидетельских показаний установил, что купленный товар — видеокарты в количестве 18 штук применяются в рамках разработки нейронных сетей. Карты производят обучение нейросети, а нейросеть обучает бота до нужного уровня, учит его воспринимать миллионы операций; игровой бот — это искусственный образ в игре, имитирующий действия человека. Также карты используются для майнинга. Иными словами, использование приобретенных истцом видеокарт осуществляется не для собственных нужд, а в целях извлечения прибыли. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что отношения между истцом и ответчиком, возникшие в связи с заключением договора купли-продажи видеокарт, не подпадают по регулирование Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», а регулируются Гражданским кодексом РФ.

2.2.2. Использование автоматизированных компьютерных программ с целью возврата просроченной задолженности

Постановление Седьмого ААС от 11 июня 2024 г. N 07АП-2790/24

Рассматривая дело об обжаловании постановления о привлечении банка к административной ответственности, суд указал, что новая редакция Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ вводит понятие автоматизированного интеллектуального агента. Это программное обеспечение, в котором применяются системы генерации и распознавания речи, позволяющие поддерживать определенные кредитором и (или) представителем кредитора сценарии разговоров с должником или третьим лицом в зависимости от содержания диалога, и которое предназначено для отправки кредитором и (или) представителем кредитора должнику или третьему лицу голосовых сообщений, передаваемых посредством сетей связи общего пользования или с использованием сайтов и (или) страниц сайтов в сети «Интернет», информационных систем и (или) программ для электронных вычислительных машин, предназначенных и (или) используемых для приема, передачи, доставки и (или) обработки электронных сообщений пользователей сети «Интернет». Взаимодействие с использованием робота-коллектора, имитирующего телефонный разговор в форме диалога, по существу является непосредственным взаимодействием с должником. Указанный способ взаимодействия направлен на получение обратной связи от телефонного абонента и осуществляется путем переговоров между осуществляющим взаимодействие лицом и должником (третьим лицом, отвечающим на вызов по телефону должника).

Постановление Шестнадцатого ААС от 14 июня 2024 г. N 16АП-1672/24

Суд отклонил довод банка о том, что отнесение взаимодействия кредитного учреждения с должником с использованием робота-коллектора некорректно относить к непосредственному взаимодействию путем телефонных переговоров, поскольку такие звонки относятся к иным/голосовым сообщениям. Суд указал, что телефонные звонки робота-коллектора (кредитного учреждения) являются для вызываемого абонента (должника) обычными телефонными звонками и не являются голосовыми сообщениями. При поступлении телефонного звонка робота-коллектора от кредитора абонент (должник) совершает одни и те же действия (например, видит звонок, отвечает на него и выслушивает информацию), для него не имеет значения, кем именно сообщается информация — человеком или роботом-коллектором. Взаимодействие с использованием робота-коллектора, имитирующего телефонный разговор в форме диалога, по существу является непосредственным взаимодействием с должником. Указанный способ взаимодействия направлен на получение обратной связи от телефонного абонента и осуществляется путем переговоров между осуществляющим взаимодействие лицом и должником (третьим лицом, отвечающим на вызов по телефону должника).

См. также:Постановление Шестого ААС от 11 июня 2024 г. N 06АП-2322/24•Решение АС Красноярского края от 10 июня 2024 г. по делу N А33-3939/2024

Приведенные ниже судебные решения демонстрируют иной подход, возможно, сформированный на основании более ранней редакции Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ, в который с 1 февраля 2024 г. были внесены изменения.

Решение АС Хабаровского края от 19 мая 2023 г. по делу N А73-4100/2023

Банк обжаловал постановление о привлечении к административной ответственности за совершение кредитором действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности. Рассматривая дело, суд установил, что банк использовал автоматизированную компьютерную программу «Робот-Коллектор» с целью возврата просроченной задолженности должника, осуществляя многочисленные звонки на телефонные номера должника. Зафиксированы многочисленные звонки (практически ежедневные, а в ряде случаев — звонки по несколько раз в день), что свидетельствует о возможной неверной настройке программного обеспечения, ответственность за которое несет лицо, которое его использует, то есть банк. Суд указал, что используемый банком способ взаимодействия — телефонные звонки, выполненные с помощью искусственного интеллекта «Робот-Коллектор», содержит признаки, схожие с телефонными переговорами. Вместе с тем, под телефонными переговорами понимается способ взаимодействия путём использования средств телефонной связи, в результате которого устанавливается диалог между двумя физическими лицами: представителем кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, и должником, в рамках которого они обмениваются информацией по вопросу возврата просроченной задолженности. При коммуникации посредством «Робота-Коллектора» по существу вопросы направлены исключительно на идентификацию личности лица, которому впоследствии передается однотипная (предзаписанная) информация о сумме задолженности. Следовательно, примененная Банком форма передачи сведений путем телефонных звонков (интеллектуальное голосовое общение), выполненных с помощью «Робота-Коллектора» не относится к непосредственному взаимодействию в виде телефонных переговоров. Также оно не подпадает под понятие голосового сообщения. Голосовое сообщение — это система мгновенного обмена сообщениями, в которой заранее предзаписанные сообщения передаются через голосовую среду. Голосовые сообщения являются альтернативой голосовым звонкам или текстовым сообщениям. Понятие «голосовое сообщение» подразумевает под собой направление соответствующей информации адресату, которое последний может прослушать позже, без взаимодействия с абонентом. В конкретном случае банк не передавал текст и не выполнял функцию маршрутизации звонков внутри call-центра, а вел (либо делал попытки вести) непосредственный диалог с использованием искусственного интеллекта. Кроме того, «Робот-Коллектор» в зависимости от ответов собеседника развивает направление беседы, что невозможно при взаимодействии, осуществляемом посредством направления голосовых сообщений, передаваемых по сетям электросвязи. Кроме того, при взаимодействии с «Роботом-Коллектором» диалог происходит не с человеком (в рассматриваемом случае сотрудником банка), а с компьютерной программой, имеющей признаки искусственного интеллекта, которая при этом выдает себя собеседнику за человека. Суд пришел к выводу, что использование названного метода с применением искусственного интеллекта не относится ни к одному из способов, установленных ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ, то есть является иным способом взаимодействия, для использования которого в соответствии с ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ необходимо письменное соглашение, заключенное между должником и кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах. Суд отказал банку в удовлетворении заявления.

См. также:Постановление АС Восточно-Сибирского округа от 23 января 2024 г. N Ф02-7539/23•Решение АС Республики Башкортостан от 7 июня 2024 г. по делу N А07-36759/2023

Использование нейросети при фиксации административных правонарушений

Решение АС Московской области от 18 августа 2023 г. по делу N А41-17944/2023

Организация обратилась в суд с заявлением об оспаривании постановления по делу об административных правонарушениях, которым она была привлечена к административной ответственности за нарушение порядка и условий содержания территории, выразившееся в невыполнении порядка уборки снега, наледей, обледенений с улиц, внутридворовых проездов, тротуаров. Правонарушение было зафиксировано с применением специального технического средства, имеющего функции фото- и киносъемки, видеозаписи «Автоматизированный комплекс с использованием интеллектуальной нейронной сети видеофиксации нарушений с предустановленным программным обеспечением». Рассматривая дело, суд неоднократно запрашивал документы и объяснения сторон о том, какие понятия были вложены в нейросеть, однако они не были предоставлены. Суд указал, что разработчик при разработке указанной системы, внедряя в нее искусственную нейросеть, учитывая цели задачи ее создания, должен был заложить понятия и основные термины, касающиеся объектов городской инфраструктуры и отклонений на них. Отсутствие таких данных явилось одним из оснований признания постановления по делу об административных правонарушениях незаконным и его отмены.

См. также:Решение АС Московской области от 18 августа 2023 г. по делу N А41-17948/2023

Решение Люберецкого городского суда Московской области от 8 апреля 2024 г. по делу N 12-132/2024

Суд признал законным и обоснованным привлечение организации к административной ответственности за правонарушение, выявленное с применением работающего в автоматическом режиме специального технического средства, имеющего функции фото- и киносъемки, видеозаписи — «Автоматизированный комплекс с использованием интеллектуальной нейросети видеофиксации нарушений с предустановленным программным обеспечением», имеющего необходимый сертификат.

См. также:Решение Долгопрудненского городского суда Московской области от 19 декабря 2023 г. по делу N 12-138/2023

Использование нейросети при расследовании преступлений

Приговор Курчатовского районного суда г. Челябинска Челябинской области от 20 июля 2022 г. по делу N 1-281/2022

Расследуя преступление, предусмотренное подп. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, оперуполномоченный установил лиц, похитивших банковскую карту, следующим образом. Были получены видеозаписи с камер наблюдения, установленных в торговых залах, а также в устройствах «Умный домофон». Затем было проведено оперативно-розыскное мероприятие «Отождествление личности» с использованием нейросетей, общедоступного Интернет-сервиса; при проведении мероприятия использовались фотоизображения лиц, полученных с камер видеонаблюдения. В результате было установлено, что имеется совпадения по фотоизображению подсудимого на странице в социальной сети «Вконтакте». Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, суд пришел к выводу о доказанности вины подсудимых в совершении преступления.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2024 г. N 17 «Об отдельных вопросах, возникающих у судов при рассмотрении дел об административных правонарушениях, посягающих на установленный порядок информационного обеспечения выборов и референдумов», пункт 20

Верховный Суд РФ разъяснил, что создание агитационных материалов с использованием вводящих в заблуждение и выдаваемых за достоверные недостоверных изображений, аудио- и аудиовизуальной информации, в том числе созданных с помощью компьютерных технологий, влечет административную ответственность заказчиков и исполнителей по ч. 1 ст. 5.12 КоАП РФ. Также административная ответственность по этой статье наступает в случае использования изображений физических лиц (за исключением выдвинутых кандидатов), в том числе созданных с использованием компьютерных технологий.

Бадалян Юлия
эксперт компании «Гарант»